Мероприятия
Аналитика
Китай закрывает эпоху автономии
Под лозунгом национального сплочения Пекин соединяет язык, образование, религию, миграцию, бизнес, историческую память и цифровой надзор в единый механизм лояльности. Но чем настойчивее государство стирает различия, тем выше риск, что они вернутся в форме политического конфликта.
Залив как мишень: почему Иран выбрал Бахрейн и Кувейт для войны на нервах
Тегеран больше не бьет туда, где громче взрыв и выше телевизионный эффект. Он действует холоднее: ищет слабые звенья в американской системе безопасности Персидского залива и давит именно на них. Бахрейн и Кувейт стали для Ирана не случайными целями, а удобными инструментами большой игры против Вашингтона.
Мультикультурализм не умер. Провалилась трусость государства
Запад сегодня спорит не о том, нужны ли ему мигранты, разные культуры и сложная идентичность, а о том, кто будет управлять этим многообразием — сильное правовое государство или разъяренная толпа.
Шушинский медиафорум: Азербайджан больше не объясняет свою правоту, он диктует новую повестку
IV Шушинский глобальный медиафорум стал не просто разговором о медиа, а демонстрацией новой роли Азербайджана: страны, которая превращает победу, энергетику, транспорт, дипломатию и информационную политику в единую стратегию средней державы
Ближний Восток выходит из-под чужого зонта
У больших эпох редко бывает официальный день смерти. Они не заканчиваются красивой датой, подписанным коммюнике или торжественным объявлением в Белом доме. Ближний Восток сейчас переживает именно такой момент.
Не ракеты, а банкноты: как США ударили по иранской системе влияния в Ираке
Вашингтон возобновил поставки наличных долларов в Ирак, но добился от Багдада политически опасного обещания: ограничить доступ вооруженных шиитских сетей к американской валюте.
Индийский зонтик над Арменией: просто дорогая надежда
Индийское военно-аналитическое издание Defence.in решило объяснить армянской аудитории, что после закупки Азербайджаном JF-17 Thunder Block III у Пакистана Ереван будто бы нашел гениальный асимметричный ответ. На первый взгляд - почти стратегия. На второй - военно-политическая самотерапия.
Три недели против десяти лет: Украина обменяла стену Орбана на турникет Мадьяра
Смена власти в Будапеште завершила почти десятилетнюю холодную войну с Киевом: разморожен кредит в 90 млрд евро, возвращены изъятые деньги и золото «Ощадбанка», открыт первый кластер переговоров о членстве Украины в ЕС. За фасадом перезагрузки скрыт менее заметный сдвиг.
Иракская чистка: Али аз-Заиди бьет по коррупции или переписывает карту власти?
Иракская чистка уже выглядит не как рядовая антикоррупционная кампания, а как начало большого передела власти. Али аз-Заиди бьет по коррупционным сетям, но каждый удар одновременно меняет баланс внутри элит, ломает старые договоренности и открывает вопрос: Багдад очищает государство или строит новую вертикаль контроля?
Экономика
Нефтяная ловушка Кремля: почему Россия проигрывает и при дешевом, и при дорогом барреле
Российская нефтяная экономика попала в парадоксальную ловушку. Дешевая нефть обрушивает налоговые поступления, расширяет дефицит бюджета и ускоряет расходование государственных резервов. Дорогая нефть укрепляет рубль, увеличивает выплаты нефтяным компаниям и лишает Urals главного преимущества на азиатских рынках - скидки.
Франция трещит без шума: как великая республика теряет статус, деньги и будущее
Французская модель не рухнула. В этом и состоит главная проблема: ее деградация не выглядит как катастрофа, потому что происходит без единого взрыва, без черного понедельника, без дефолта, без танков у Елисейского дворца. Просто один показатель за другим начинает двигаться не туда.
Европа без крыши: как жилищный кризис взламывает политическую систему ЕС
Европейский проект десятилетиями держался на простом негласном обещании: если человек работает, платит налоги, соблюдает правила и участвует в жизни общества, он может рассчитывать на базовую стабильность. Не на роскошь, не на дворец, не на вид на море, а на нормальную квартиру, долгосрочную аренду, ипотеку, семью, предсказуемое будущее.
Президент, который монетизировал власть: как криптовалюта стала главным бизнесом Трампа
В американской политике всегда были деньги. Они шли через доноров, лоббистов, фонды, суперкoмитеты, семейные офисы, юридические фирмы, лекционные гонорары, книжные контракты и закрытые приемы, где чековая книжка часто открывала двери быстрее, чем политическая программа.
Volkswagen как предсмертный сигнал: Европа теряет не автопром, а промышленную власть
Кризис Volkswagen нельзя понимать как очередную корпоративную реструктуризацию. Это не просто бухгалтерская операция, не очередной раунд оптимизации персонала и не временная просадка спроса.
Инвестиционная зима: как российская экономика проедает свое будущее
Российская экономика внешне еще держит осанку. На бумаге нет обвала, нет массовой безработицы, нет драматического провала потребления. Для политической витрины этого достаточно. Для экономического диагноза - нет.
Великая кража поведения: кто на самом деле владеет интеллектом?
В прежние эпохи промышленный шпионаж выглядел почти кинематографично. Ночной офис, вскрытый сейф, похищенные чертежи, флешка в кармане инженера, завербованный сотрудник, фотография секретного станка. В эпоху искусственного интеллекта все иначе. Сейфа может не быть. Чертежей может не быть. Даже кражи кода может не быть.
Тень над рынками: как частный кредит, война и дорогая энергия подводят к финансовому обвалу
Финансовые кризисы редко приходят внезапно. Они не падают с неба, как молния в ясный день. Сначала меняется интонация рынка. Потом в деловых разговорах появляется нервный смешок. Затем все чаще звучат слова о временных трудностях, локальных перегревах, точечных просадках, индивидуальных ошибках отдельных игроков.
Мир смотрит на Ормуз. А настоящая бомба уже тикает в дата-центрах
Почему война вокруг Ирана может оказаться лишь прологом к куда более жесткой борьбе за энергию, алгоритмы, уязвимости и власть над новой мировой системой
