Мероприятия
Аналитика
Чудо с чужой пробой: как Армения выдала транзит русского золота за экономический прорыв
Экспорт вырос вчетверо за три года и обвалился на треть за один. Ереван называет это ростом, Москва считает выгодной сделкой, а таможенная статистика - обычным транзитом с армянской наклейкой
Бюджет осажденной крепости: Кремль выставил счет гражданам
Москва закладывает больше 16 трлн рублей на армию в каждый год новой трехлетки и расплачивается за это котельными, больницами и кошельком потребителя. Экономике, которая растет на 0,6%, предлагают нести ношу, рассчитанную на рост в 3%.
Заклятые братья и незваный гость: хуситы помирили Залив, позвали Израиль
Девять месяцев назад саудовская авиация била по эмиратскому грузу в Мукалле. Теперь Эр-Рияд просит Эмираты вернуться в войну, а за общим столом в Абу-Даби рассаживаются израильский премьер и представители государств, которые Израиль официально не признают
Мир в кобуре: почему Баку перестал верить миролюбию Пашиняна
Ереван научился говорить на языке мира. Его конституция, армия, карты и телеэфир по-прежнему говорят на другом языке, и в Баку этот второй голос слышат громче первого
Помидорный трибунал: Ереван проверит, есть ли в ЕАЭС право против Москвы
В октябре Евразийская экономическая комиссия будет решать спор, в котором ответчик держит в руках рынок, а заодно, похоже, и право вето
Аплодисменты без мандата: где проходит потолок Турции в арабском мире
Анкара собирает аплодисменты арабской улицы. Когда же в Газе распределяли реальные роли, турецкий стул оказался лишним - и этот эпизод объясняет пределы турецких амбиций лучше любой теории.
Тридцать триллионов у Каспия: почему мировой капитал приехал в Баку именно сейчас
Пока Ормузский пролив парализован, а Брюссель уговаривает европейцев экономить газ, Азербайджан продает инвесторам самый редкий товар 2026 года - предсказуемость. Главная интрига прошедшего форума в другом: сумеет ли страна потратить нефтяное богатство на экономику, которой нефть однажды станет не нужна.
Икар из Клэпхема: как Кембридж вознес профессора, которого не смог защитить
Смерть Джейсона Ардэя превратили в оружие культурной войны левые и правые. Главный вопрос - кто и зачем посадил его в кресло, из которого он был обречен упасть, - не задает почти никто.
Россия против НАТО: кто может победить в войне, которую нельзя выиграть до конца
У альянса в восемь раз больше денег. Москва располагает большим числом боеголовок и привычкой рисковать. Самую страшную войну может начать чужая ошибка в расчетах, и приказ о наступлении для нее вовсе не обязателен.
Экономика
Карта мира на мели: как иранская война вскрыла трещины дубайского строительного чуда
Искусственный архипелаг у берегов Дубая снова стал зеркалом эмирата. Двадцать лет назад в нем отражалась амбиция, в 2009 году - долговой крах. Сегодня в нем видно другое: кто из двух тысяч девелоперов переживет войну и кто заплатит по чужим обещаниям.
Граница без очереди: тюркский мир примеряет свой Шенген
В Астане министры внутренних дел ОТГ заговорили об общих коридорах в аэропортах и собственном Тюркполе. За сухим протоколом скрыт куда более острый вопрос: готовы ли пять государств открыть друг другу свои полицейские базы данных
Брюссель отбирает у Big Tech самое дорогое
Kids Act Урсулы фон дер Ляйен формально запрещает соцсети детям до 13 лет. Настоящая мишень глубже: бесконечная лента, рекомендательный алгоритм и ИИ-собеседник, на которых держится экономика внимания стоимостью в сотни миллиардов долларов
Пятнадцать миллионов снарядов свободы
Война в Украине сделала для Северной Кореи то, чего не смогли ни Сингапур, ни Ханой: Пхеньян вырвался из изоляции, не отдав ни одной боеголовки. Трамп торопится за стол переговоров, а Ким Чен Ын впервые за тридцать лет может позволить себе не спешить.
ИИ скоро сможет обойтись без людей. Восстание машин близко?
История искусственного интеллекта вступила в фазу, где прежние метафоры уже не работают. Это больше не «умный чат-бот», не цифровой справочник, не игрушка для генерации картинок и текстов.
Империя, которая не может оплатить собственную армию
Вашингтон просит на оборону полтора триллиона долларов, имея сорок триллионов долга и войну, которая идет седьмой месяц. Арифметика перестала сходиться раньше, чем закончились боевые действия.
Мекканский пакт сдал экзамен, которого никто не заметил
Критики считают боевые вылеты. Считать надо другое: за тридцать четыре дня новый союз успел получить секретариат, очередь из желающих вступить и главное - публичное доказательство того, что американская гарантия безопасности Залива больше не работает. Азербайджан в этой конструкции не наблюдатель, а работающий прототип.
Откупные Цукерберга: как Meta заплатила $18 млрд, чтобы спасти свой алгоритм
Крупнейшая мировая сделка в истории соцсетей загоняет американских подростков в двухчасовой лимит, оставляет нетронутым главный механизм зависимости и выставляет счет TikTok и YouTube
Двадцать сантиметров и красная линия
События последних месяцев все отчетливее показывают: глобальная торговля вступила в эпоху, когда надежность маршрута становится не менее важной, чем его стоимость.
